Людвиг III Вюртембергский: как герцог уложил двух графов под стол и отправил домой в навозной телеге

Вюртемберг конца шестнадцатого века. Тяжёлые дубовые залы, пропитанные запахом воска и дыма, факелы, отбрасывающие рваные тени на гобелены с охотничьими сценами. За столом — сам герцог, человек, которого современники величали «Благочестивым» с той же невозмутимостью, с какой могли бы назвать Нептуна «засухоустойчивым». Людвиг пил. Много. С размахом, необычным даже для эпохи, когда трезвость считалась скорее медицинским диагнозом, нежели добродетелью.

В тот день к герцогу пожаловали двое знатных немецких графов. Гости важные, осанистые, привычные к застольям. Людвиг встретил их радушно — как и подобало хозяину — и предложил развлечение в духе времени: соревнование. Кто кого перепьёт.

Графы, по всей видимости, приняли приглашение с той самонадеянностью, которая так свойственна людям, недооценивающим хозяина дома. Кубки наполнялись. Беседа становилась всё громче, потом — всё бессвязнее. Факелы плыли. Стены качались.

Финал застолья герцог встретил в состоянии, которое придворные деликатно именовали «относительной ясностью ума». Оба графа к тому моменту пребывали под столом в позах, совершенно несовместимых с аристократическим достоинством.

Вот тут-то Людвиг и проявил себя как человек незаурядный. Иной правитель велел бы перенести гостей в покои, укрыть одеялами и поутру отпустить с извинениями. Но герцог Вюртембергский мыслил иначе. Он подозвал слуг и отдал распоряжение, от которого те, вероятно, на секунду замерли с открытыми ртами.

Графов погрузили в навозную телегу. Уложили лицом к лицу. А между ними поместили живую свинью — крупную, судя по всему, особу с собственными взглядами на ночные путешествия. В таком виде процессия и двинулась прочь из герцогских ворот — везти сиятельных гостей по домам.

Что почувствовали графы, очнувшись в пути, история умалчивает. Но можно с уверенностью предположить: этот урок они запомнили крепче любого дипломатического протокола. Людвиг Благочестивый не проиграл ни одной пирушки. И репутацию свою берёг по-своему — последовательно и без лишних слов.