Достоевский в Висбадене: как рулетка породила «Игрока» и легенду о долге

Впрочем, начнём по порядку. Всё началось в 1863 году, когда писатель впервые сел за рулетку именно в Висбадене. Судьба поначалу благоволила: колесо крутилось, шарик падал куда надо, и Достоевский поднялся из-за стола с выигрышем в десять с лишним тысяч франков. Любой благоразумный человек на его месте покинул бы зал. Но Достоевский был гением, а не благоразумным человеком. Спустя два года он вернулся в тот же Висбаден — и проиграл всё до последней копейки.

Казалось бы, катастрофа. Но именно из этого пепла поднялся «Игрок» — роман, написанный за двадцать шесть дней в состоянии почти болезненного вдохновения. Помогала писателю молодая стенографистка Анна Сниткина: она записывала под диктовку, не давала ему остановиться, держала темп. Книга была сдана в срок. Несколько месяцев спустя Достоевский и Сниткина обвенчались.

Казалось бы, счастливый конец. Но рулетка не отпускала. Писатель проигрывал собственную одежду. Проигрывал вещи жены. Проигрывал обручальные кольца — их, что называется, не жалел. В 1868 году он торжественно пообещал Анне завязать. И трижды нарушил слово — в Швейцарии, в Хомбурге, снова в Висбадене.

А теперь к табличке. В 2020 году македонская газета сообщила, что ещё в 2013 году Роман Абрамович лично явился в висбаденское казино и погасил старинный долг писателя — дабы убрать эту, цитирую, «позорную табличку». История красивая. Литературоведы, однако, встретили её с нескрываемым скепсисом: источников, кроме той газеты, не нашлось, а проверить детали не представлялось возможным.

Возможно, табличка была. Возможно, нет. Но долг Достоевского перед рулеткой — это факт, вписанный в каждую страницу «Игрока». И этот долг никто никогда не погасит.