Жириновский в клубе «69» в Петербурге: август 1998 года

Где же в этот момент находился лидер Либерально-демократической партии России Владимир Вольфович Жириновский?

В Санкт-Петербурге. В гей-клубе «69».

Это не городская легенда и не памфлет оппонентов. Это свидетельство очевидцев, зафиксированное в прессе. Человек, известный громогласными речами о величии и традициях, непринуждённо прогуливался в заведении, которое по всем его публичным меркам должно было вызывать у него идеологическое отторжение.

Разумеется, нашёлся смельчак, задавший очевидный вопрос. Как человек, привыкший к дуэлям с микрофоном, Жириновский не смутился ни на секунду. Ответ был выдан с той фирменной интонацией — смесью барского безразличия и ораторского куража, — которую ни с чем не спутаешь.

«Ничего там не решается», — сказал он о бурлящей Москве. И добавил про Зюганова с Явлинским такое, что воспроизвести дословно в приличном обществе затруднительно, но суть сводилась к полному отрицанию их политической состоятельности. Финальная же фраза была достойна увековечивания: «Вопросы мы здесь все решим».

Здесь. В клубе «69». В Петербурге. Пока рушится рубль.

Вот в чём истинный парадокс этого эпизода: он абсолютно точно передаёт что-то важное о природе российской политики девяностых. Шум, жест, поза — всё это разыгрывалось на публику, тогда как реальные решения, по всей видимости, и впрямь принимались в самых неожиданных местах. Или не принимались нигде вообще.

Жириновский всю жизнь был мастером скандала как политического инструмента. Этот визит — маленький, почти анекдотический эпизод — лучше любой аналитической статьи объясняет, почему его так долго не могли ни списать, ни игнорировать.