Онегин Гаджикасимов: от 16 миллионов хитов к схиме в Оптиной Пустыни

Онегин Гаджикасимов появился на свет в июне 1937 года в Баку — в тот самый месяц, когда вся страна отмечала столетие со дня гибели Пушкина. Мать, знавшая русскую литературу наизусть, назвала сына в честь самого любимого своего героя. Редкое имя для азербайджанского мальчика из знатной семьи иранских аристократов. Но имя оказалось пророческим.

Он вырос настоящим русским лириком — хотя и уроженцем Баку. В его стихах всегда шёл дождь. Жёлтый дождь по крышам и асфальту, тёплый дождь в подъезде у чужого дома — та особенная русская тоска, о которой говорят, что иностранцам её не понять. В 1970 году одних только пластинок с песнями на его тексты было продано шестнадцать миллионов копий. Магомаев пел его песни. Пугачёва. Кобзон. Ободзинский, которого «Восточная песня» Гаджикасимова прославила в одночасье. Казалось, не было в стране артиста, который бы не пел его стихов.

Он получал немыслимые гонорары и легко с ними расставался. Его окружали поклонники, женщины, слава. Жизнь была устроена наилучшим образом — именно так, как она бывает устроена у людей, которым потом вдруг становится невыносимо тесно в её пределах.

А потом — тишина.

Никому ничего не объяснив, Онегин вышел на глухой белорусской станции. Зашёл в православную церковь. Крестился с именем Олег. И явился послушником в только что возвращённую церкви Оптину Пустынь — нести послушание привратника, тщательно скрывая от братии, кем был прежде.

Постепенно слава растворялась, как дождь в асфальте. В 1989 году его постригли в рясофор с именем в честь Афанасия Афонского, в 1991-м — в монашество с именем Силуан. Позднее он принял великую схиму и стал схииеромонахом Симоном — одним из известнейших проповедников Оптиной Пустыни, на чьи проповеди съезжались люди издалека.

Последние годы он страдал от онкологии, от незаживающих ран на ногах — и отказывался лечиться. Ходил в монашеских сапогах, наполненных кровью.

В июне 2002 года его не стало. На кладбище Лямцино под Домодедово стоит крест с надписью: «Схииеромонах Симон». Ни слова о шестнадцати миллионах пластинок. Ни слова о дожде.