Томас Санкара: президент Буркина-Фасо, который изменил всё за 4 года

Буркина-Фасо в те годы — звук, почти лишённый содержания. Выжженная саванна, пыль на грунтовых дорогах, дети, которых никто не считал нужным прививать от болезней, унёсших тысячи жизней. Грамотность населения едва теплилась, как огонёк на ветру. Страна была одной из беднейших на континенте, где бедность — не метафора, а диагноз.

Томас Санкара был тогда совсем молод. Военный, пришедший к власти через переворот, — биография, знакомая африканскому континенту до зевоты. Всё предсказывало привычный финал: новый мундир, те же проблемы, растущий личный счёт в банке. Но что-то пошло не так.

Он обязал чиновников публично декларировать доходы. Урезал государственные расходы — начав с собственного жалованья. Запустил массовую вакцинацию: в течение нескольких недель прививки получили миллионы детей. По стране пошли строиться школы и больницы. Крестьяне получили землю. Женщины — права, о которых прежде не говорили вслух. По всей стране высаживали деревья — миллионами, против наступающей пустыни.

Четыре года. Всего четыре года — и производство продовольствия выросло, грамотность поднялась, смертность пошла вниз. Для страны, которую, кажется, сам климат приговорил к неподвижности, это было почти неприличным чудом.

Он жил в маленьком доме. Ездил на скромном автомобиле. Говорил, что культ личности — это первый симптом болезни власти. Коллеги по африканской политике смотрели на него с недоумением, а иногда — с нескрываемым раздражением.

В октябре 1987 года его застрелили. Переворот организовал Блез Компаоре — человек, которого Санкара считал другом и соратником. Большинство реформ было свёрнуто в течение нескольких месяцев. Компаоре правил страной ещё двадцать семь лет — пока в 2014 году народ не вышел на улицы и не положил этому конец.

Санкара не оставил состояния. Только подержанный автомобиль, незаконченные проекты и вопрос, который до сих пор не даёт покоя: что бывает, когда человек с властью действительно не хочет ничего для себя лично?