Кто девочка с обёртки «Алёнки»: история Елены Геринас

Представьте себе Москву начала шестидесятых. Запах свежей выпечки из булочных, звон трамваев на Садовом кольце, очереди у гастрономов. В эту самую пору молодой фотокорреспондент Александр Геринас берёт в руки камеру — не ради газетного задания, а ради куда более важного дела. Его восьмимесячная дочь Лена смотрит на него с какой-то недетской серьёзностью и одновременно озорным прищуром. На голове — простой платок, каких тысячи. Щёлкает затвор. Снимок готов. Отец, должно быть, улыбнулся и отложил плёнку — он и не подозревал, что только что создал одно из самых тиражируемых изображений в истории советской торговли.

Прошло четыре года. На фабрике «Красный Октябрь» затевалось нечто новое: руководство решило выпустить молочный шоколад и дать ему имя «Аленка» — простое, домашнее, ласковое. Оставалось найти лицо. Объявили конкурс на лучший портрет девочки. Со всей страны потянулись фотографии: белокурые и кареглазые, серьёзные и смеющиеся. Жюри перебирало снимок за снимком.

И вдруг — она. Лена Геринас, восемь месяцев от роду, в платке, с тем самым взглядом. Никакой постановки, никакого студийного света. Только миг, пойманный отцом.

Конкурс был выигран. Художники фабрики чуть стилизовали фотографию, придав ей характерную округлость обёрточного рисунка, — и портрет лёг на миллионы плиток шоколада. Девочка выросла, окончила институт, прожила обычную жизнь. Но стоило ей протянуть руку к прилавку кондитерского магазина, как с красной обёртки смотрело её собственное детское лицо — вечно восьмимесячное, вечно в платке, вечно с тем лукавым прищуром, который отец успел поймать в один октябрьский щелчок затвора.

Вот так случайный семейный снимок стал лицом целой эпохи. И, пожалуй, ни одна модель в мире не была сфотографирована в столь нежном возрасте с таким долгосрочным результатом.